Свадебные обычаи народов мира

В XIX столетии сватовство, представлявшее собой, как правило, сложный ритуал, было обычным. В подыскании невесты или жениха немалую роль играли полупрофессиональные или профессиональные свахи, однако их функции оканчивались после того, как договаривались о приезде сватов. Сват (kosjamies, puhemies) был важной .фигурой в предсвадебных обрядах до конца XIX в., а кое-где и в начале XX столетия. В роли свата выступал кто-нибудь из ближайших родственников парня — дядя, крестный, хотя можно было обратиться и просто к уважаемому соседу. Обычно сват был один, но в провинции Хямэ было принято посылать двух сватов, в Уусимаа, если сваты ехали по предварительной договоренности, их могло быть и больше. На юго-востоке страны сватом мог быть и отец парня. У батрака, жившего вдали от родных, сватом был хозяин двора, где он работал. От приглашения в сваты отказываться было не принято.

Обряды в доме жениха могли быть разными по характеру. Там, где в доме невесты проходила свадьба-хяят, т. е. в Варсинайс-Суоми, Сатакунта и Северной Похьямаа, вся свадебная обрядность была уже проведена до переезда. В доме молодого ограничивались скромным праздником, получившим название “приходы” (tuliaiset). Здесь устраивали только небольшое угощение и танцы. Потчевать присутствовавших начинала молодая, причем обычно все угощение — водку, кофе, хлеб, сыр — она привозила из отчего дома.

Если жених был родом из дальней местности, на свадьбе с его стороны было, как правило, не так много гостей, да и односельчане в роли незваных гостей не могли посмотреть на празднество. В этом случае по приезде молодых в дом мужа все обряды свадьбы повторялись заново, т. е. праздничная трапеза, торжественный полонез, танец молодой и т. д. Разумеется, это было доступно только богатым крестьянам.

Таким образом, хотя на западе Финляндии свадьба и праздновалась в двух домах, по своему содержанию ее обрядность принципиально отличалась от восточнофинской двуконечной свадьбы. Исконная “трех-раздельность” была практически утрачена: символические обряды, связанные с выходом девушки из отчего дома, так же, как и прием ее в “род” жениха, исчезли. Практически утратили свое значение и “постельный обряд”, надевание молодой головного убора замужней женщины. После свадебного пира она могла просто появиться в женском головном уборе, а затем иногда и вновь одеть свадебную корону.

Празднование свадьбы во втором доме (обыкновенно доме молодого) было или небольшим праздником в честь прибытия новобрачных, или полным повторением народных обрядов. И то и другое свидетельствовало о том, что старая символика народной обрядности уже утратила свою роль и была забыта.

В Южной и Центральной Похьянмаа свадьба праздновалась, как правило, в одном доме. В Южной Похьянмаа венчание проводилось обычно в церкви, куда отправлялась торжественная процессия (или поезд) при участии всех гостей, собравшихся предварительно в доме невесты. После возвращения из церкви в доме молодой проводились все обряды народного ритуала. Переезд в дом мужа происходил без всяких торжеств.

В Центральной Похьянмаа и венчание, и все народные обряды проходили в доме жениха. Если невеста была родом из другой деревни, то она приезжала со своими гостями заранее и останавливалась — по предварительной договоренности — в одном из соседних домов. Затем в подвенечном наряде она со своей свитой торжественно шла к дому жениха. Такое же торжественное шествие организовывалось, если девушка жила в той же деревне61.

Как правило, если свадьба происходила в доме невесты, она сразу же переселялась в дом мужа. Исключение в этом отношении представляли Северная Похьянмаа и Кайнуу, где невеста оставалась на некоторое время в отчем доме для приготовления подарков родне мужа. Этот период мог длиться от месяца до полугода. Он назывался “зима молодки” или “год молодки” (morsiustalvi, morsiusvuosi). В Кайнуу в богатых семьях молодая иногда переезжала в дом мужа лишь перед родами, но в бедных дворах, где не было наемных батраков и где каждая пара рук была на счету, молодая переезжала сразу.

Довольно старые одиночные сведения о том, что после окончания свадьбы-хяят в доме невесты молодой уезжал один и забирал жену только через несколько недель, есть и из других мест Западной Финляндии.